IV. СОЦИАЛЬНАЯ ОПАСНОСТЬ ПОНИМАНИЯ ПУБЛИЧНОЙ ВЛАСТИ, КАК СУБЪЕКТИВНОГО ПРАВА

Революция 1848 года дала нации или, скорее, большинству, выразителю ее мнимой воли, пользование властью, принадлежавшею нашим прежним королям. Говорят революция заменила божественное право короля божественным правом народа. ...Государственная власть сохранила все характерные свойства права абсолютного, неделимого, неотчуждаемого и непогашаемого, изменив лишь своего обладателя. Она принадлежала королю; она будет принадлежать отныне олицетворенной нации, выражающей свою волю через посредство большинства избирательного корпуса. ...

...Во Франции и Германии юристы вырабатывают теории суверенитета и создают стройную конструкцию по всем правилам старой юридической техники: суверенитет есть субъективное право давать безусловные приказания. Государство есть олицетворенная нация, находящаяся на известной территории и обладающая этим правом.

Скажут, что это — настоящая демократическая доктрина. Да. Но это — та же доктрина, которая дает возможность немецким легистам обосновать всемогущество императора, якобинцам — оправдать всемогущество конвента, а коллективистам — требовать от всемогущественного государства конфискации орудий производства и еще большего усиления власти.

При такой концепции государство действительно становится грозной властью. Будучи великой в то же время, когда она находила воплощение в одном человеке, государственная власть становится безграничной, когда она воплощается в нации. Государство тогда есть в самом деле Левиафан Гоббса. ...

Чтобы ограничить это всемогущество государства, придумали теорию индивидуальных прав. .. .Однако было бы химерой думать, что этим можно достигнуть действительного ограничения действий государства. Прежде всего, доктрина индивидуальных прав теоретически недоказуема. ... Наконец, государство, имея всегда возможность ограничить право каждого в интересах прав всех и являясь единственным судьей этого ограничения, в действительности не знает других границ своей деятельности, кроме тех, которые оно само себе ставит. ...

Таков политический режим, исходящий от римского права и завершенный революцией. Но люди XX столетия не желают больше этой государственной формы. Они не хотят ее, потому что она покоится на догме, а они не верят больше ни в какие догмы. Они не хотят ее потому, что она является орудием господства и во всякое время способна превратиться в тиранию. ...

Да, государство умерло, или, вернее, умирает его форма—римская, королевская, якобинская, наполеоновская, коллективистская, которая в разных этих видах представляет одну и ту же форму государства. Но в то же время создается новый государственный строй, более широкий, более эластичный, более защищающий и более гуманный, элементы которого мне и остается определить.

Их два: понятие социальной нормы, обязательной для всех, или объективное право, и децентрализация, или синдикалистский федерализм. ...


1163308537946673.html
1163326795887161.html
    PR.RU™